Кукушонок

Первое «дело» — уличная драка в районе автовокзала, где двое нетрезвых граждан не поделили очередь в ларёк. Согласно рапорту, конфликт был исчерпан на месте, составлен протокол о мелком хулиганстве. Однако Клим заметил, что в объяснительной записке фигурировала сумма ущерба, пятьсот рублей за порванную куртку потерпевшего. Кукушкин сам диктовал эту цифру дежурному, поленившись выдумывать более сложную конструкцию. Номер купюры, которую якобы нашли у зачинщика, не совпадал с серией, указанной в описи изъятого имущества. Махнув рукой, Ефим Евсеевич пояснил, что это «техническая опечатка», но Клим уже занёс это несоответствие в свою тетрадь для заметок.

Второй эпизод оказался сложнее. Речь шла о краже велосипеда из подъезда дома по улице Чернышевского. Потерпевшая, пенсионерка Мария Степановна, написала заявление с указанием примет: стальной «Урал» с синей рамой и звонком. Участковый, подыгрывая Кукушкину, оформил материал на подростка из соседнего двора, который якобы продал велосипед на рынке. Но, изучая акт осмотра места происшествия, Клим нашёл странность: протокол утверждал, что подозреваемый проник в подъезд через незапертую дверь. Однако Мария Степановна в тот же день говорила, что сама закрыла дверь на кодовый замок. Когда Клим указал на это, Кукушкин почувствовал лёгкое раздражение. Он предложил Климу не углубляться в «криминалистическую микологию», но тот настоял на повторном допросе бабушки. Выяснилось, что замок действительно не работал последние две недели, и рапорт участкового отражал лишь формальную картину, но не фактическое состояние двери. Кукушкин понял: парень не просто ищет ошибки, он выстраивает логические цепочки, которые разрушают наспех сколоченную конструкцию «учебных» материалов.