Человек войны

1943 год. Майор Семин, опытный контрразведчик, понимал, что слова перебежчика могут быть как ценной разведданными, так и дезинформацией, запущенной абвером с целью посеять панику или отвлечь советское командование от истинных планов противника. Однако Курт Шиммель, бывший офицер связи при штабе группы армий «Центр», сообщил конкретные детали: о существовании специального подразделения «Зондеркоманда К», дислоцированного в районе Минска, которое, по его словам, занималось полевой апробацией и утилизацией химических боеприпасов, не вмещающихся в стандартный артиллерийский боекомплект. Шиммель упомянул секретный транспортный маршрут, по которому из рейха в Белоруссию доставлялись ёмкости с маркировкой «хлор», что для фронтовой зоны было нетипично, хлор в таких объёмах использовался лишь для промышленных целей, а не для водоснабжения войск.

Семин немедленно зашифровал донесение и передал его в Центр по рации, используя двойной код для перестраховки. Ответ пришёл через двое суток, но не от штаба партизанского движения, а напрямую от особого отдела НКГБ. Приказ был краток: «Перепроверить через агентурную сеть на местах. В случае подтверждения, установить точные координаты арсенала или полигона. Работать только с проверенными людьми, операцию по захвату образцов не начинать до особого распоряжения». Это означало, что в Москве отнеслись к информации со всей серьёзностью, но требовали исключить риск преждевременного раскрытия группы. Семин понимал: одно неверное движение может стоить жизни не только его людям, но и сорвать гораздо более крупную игру, которую, судя по всему, вело высшее руководство.